28 октября 2009 г.

игры разума

    Психотерапевт Катрин-Эмле Перисоль вместе со специалистом по телесным практикам Сильви Александро полагают, что все наши детские реакции на опасности различного рода фиксируются глубоко в сознании. И когда во взрослой жизни мы встречаемся с аналогичным раздражителем, рождаются те же, эмоции, что проявлялись в детстве.
   Поначалу я удивилась, неужели я нисколько не загадочная, полная неожиданных реакций девушка, а всего лишь ксерокс. Потом я обрадовалась, что если и так, то это существенно упрощает жизнь моему мужу-программисту - за несколько лет брака вполне можно выработать алгоритм действий в типичной ситуации и закончить любой "морской бой" вничью. К примеру, когда я злюсь, меня до сих пор можно отвлечь, как пятилетку - достаточно поднять меня на руки, перевернуть или встряхнуть, аки спелу ягоду. Прием "поиграем в пилота" действенен и когда я напряжена, а в "полете" важность проблемы рассеивается и приходит конструктивное взрослое решение любой проблемы. Уговаривать и усыплять мою бдительность можно лестью - так сестра использовала труд малолетних и умудрялась с моей помощью убрать весь дом (приговаривала- "ой как хорошо ты вытираешь пыль, как молниеносно ставишь вещи на место"). Я до сих пор боюсь ужастиков - пожалуй, я самый благодарный зритель. После них я всегда просила домочадцев провести меня до туалета или попить со мной водички. Андрулик обожает схватить меня за попу во время очередной темной прогулки на кухню после "очень страшного кино" - такие визги получаются!
Как бы этот подход применить к половине? Пока я точно знаю, что детские мечты крепко отпечатываются на поведении. Вот Андрулик хотел быть археологом - грёза не сбылась, зато теперь он регулярно "закапывает" грязные носки в неподходящих местах, а я играю в археолога и детектива заодно.